Неточные совпадения
Одним лишь Откупщик страдает,
Что он не досыпает,
Уж
божьего ль боится он
суда,
Иль, просто, трусит разориться...
У Софии в Полоцке, бывало,
Позвонят к заутрене, а он
В Киеве, едва заря настала,
Колокольный слышит перезвон.
И хотя в его могучем теле
Обитала вещая душа,
Всё ж страданья князя одолели,
И погиб он, местию дыша.
Так свершил он путь свой небывалый.
И сказал Боян ему тогда:
«Князь Всеслав! Ни мудрый, ни удалый
Не минуют
божьего суда».
Но есть и
божий суд, наперсники разврата!
А теперь они еще пока боятся и подумать выглянуть на свет
Божий из-под этого колпака, которым так плотно сами накрыли себя. Как они испуганы и огорчены нашим внезапным появлением у их берегов! Четыре большие
судна, огромные пушки, множество людей и твердый, небывалый тон в предложениях, самостоятельность в поступках! Что ж это такое?
Старца Зосиму, как уже и всем известно было сие, не любил отец Ферапонт чрезвычайно; и вот и к нему, в его келейку, донеслась вдруг весть о том, что «суд-то
Божий, значит, не тот, что у человеков, и что естество даже предупредил».
«Знать, суд-то
Божий не то, что человеческий!» — заслышал вдруг отец Паисий.
— Брат, мне нельзя долго оставаться, — сказал, помолчав, Алеша. — Завтра ужасный, великий день для тебя:
Божий суд над тобой совершится… и вот я удивляюсь, ходишь ты и вместо дела говоришь бог знает о чем…
Ибо едва только я скажу мучителям: «Нет, я не христианин и истинного Бога моего проклинаю», как тотчас же я самым высшим
Божьим судом немедленно и специально становлюсь анафема проклят и от церкви святой отлучен совершенно как бы иноязычником, так даже, что в тот же миг-с — не то что как только произнесу, а только что помыслю произнести, так что даже самой четверти секунды тут не пройдет-с, как я отлучен, — так или не так, Григорий Васильевич?
Суд никого не уничтожает, обрекая на обращение в изначальное ничто, ибо образ
Божий неистребим и бессмертен, но он показывает каждому его самого в истинном свете, в цельности его образа, данного от природы и воссозданного свободой, и благодаря этому прозрению, видя в себе черты ложности, человек страдает, испытывая «адские» мучения.
В лучшей своей части он ищет Царства
Божьего, ищет правды и уповает, что не только день
Божьего суда, но и день торжествующей
Божьей правды наступит после катастроф, испытаний и страданий.
Пожалев нас, она стала ругать мачеху Саши — толстую тетку Надежду, дочь трактирщика; потом вообще всех мачех, вотчимов и, кстати, рассказала историю о том, как мудрый пустынник Иона, будучи отроком, судился со своей мачехой
божьим судом; отца его, угличанина, рыбака на Белоозере, —
— А ты зря орешь, служивый! Здесь
божье дело,
божий суд, а ты со своей дрянью разной, — эх вы-и!
— Это слушать им еще не годится, — скромно улыбаясь, молвила Марфа Михайловна по уходе детей. — Теперь говорите. Патап Максимыч, из детей мы вышли, а я с Аграфеной Петровной не красные девушки, ушки золотцо́м у нас не завещаны, обе были на
Божьем суде. А все-таки вы уж не очень…
— Смерть все покрывает, — сказал брату Герасим Силыч. — На мертвых зла не держат, а кто станет держать, того Господь накажет. Марко Данилыч теперь перед
Божьим судом стоит, а не перед нашим земным, человеческим.
— Ни за что на свете не подам объявления, ни за что на свете не наведу
суда на деревню.
Суд наедет, не одну мою копейку потянет, а миру и без того туго приходится. Лучше ж я как-нибудь, с
Божьей помощью, перебьюсь. Сколочусь по времени с деньжонками, нову токарню поставлю. А злодея, что меня обездолил, — суди Бог на страшном Христовом судилище.
Слушает Таня, сама дивуется. «Что за речи такие, что за молитвы
судные? — думает она про себя. — А нет в тех молитвах никакой супротивности, ни единого черного слова знахарка не промолвила.
Божьим словом зачала, святым аминем закончила».
Ожидание мессианского исхода, страшного
суда над злом и торжества царства
Божьего в мире проходит через всю мировую историю.
Потом, через два года, он по этому письму стребовал с меня уже деньги
судом и с процентами, так что меня опять удивил, тем более что буквально пошел сбирать на построение
Божьего храма, и с тех пор вот уже двадцать лет скитается.
В этом учении есть рационализация при допущении совершенной иррациональности
Божьих определений и
Божьего суда.
Но ложно было бы, безбожно и бесчеловечно до последнего
Божьего суда разделять человечество на два лагеря, на людей, живущих в
Божьем мире, в бытии и воспринимающих реальности, и на людей, живущих в мире фантасмагорическом, в небытии и потерявших способность воспринимать реальности.
Божий суд и есть лишь страшный свет, брошенный на тьму, любовь, обращенная на злобу и ненависть.
Парадоксально можно было бы сказать, что ужас ада наступает тогда, когда человек подчиняет свою конечную судьбу своему собственному
суду, а не
Божьему суду.
Божий суд есть вместе с тем действие благодатной силы на тварь.
И евангельское откровение о Царстве
Божьем для всей этой строящейся в порядке закона жизни есть катастрофа, есть апокалипсис и страшный
суд.
Из мучительной трудности, связанной с проблемой ада, пытались выйти тем, что признали самый ад торжеством
Божьего справедливого
суда и, следовательно, добром.
Страх
Божьего суда есть лишь невозможность для темной стихии вынести
Божий свет и
Божью любовь.
Извращение идеи ада в человеческом сознании привело к тому, что она была отождествлена со страхом
Божьего суда и
Божьего возмездия.
Божий суд есть установление подлинных реальностей и подчинение всех реальностей высшей реальности, подчинение в порядке онтологическом, а не юридическом.
Этот подлинный ужас не в угрозах трансцендентного
Божьего суда и воздаяния, а в имманентном изживании человеческой судьбы, из которой исключено всякое действие
Божье.
Не только «злые», но и «добрые» будут призваны к ответу на
Божьем суде, но
суд этот будет иной, чем
суд человеческий.
Конец мира пассивно предчувствуется и ожидается, он определяется исключительно Богом, есть лишь
Божий суд над миром.
Само собой, следствие; ну, невзначай так невзначай, и
суд уездный решил дело так, что предать, мол, это обстоятельство воле
божьей, а мужика отдать на излечение уездному лекарю.
И между тем там, за этими толстыми железными затворами, в этих каменных стенах, куда не проникает ни один звук, ни один луч веселого
божьего мира, есть также своего рода жизнь; там также установляются своеобразные отношения, заводятся сильные и слабые, образуется свое общее мнение, свой
суд — посильнее и подействительнее
суда смотрительского.
К тому же и такая была у меня мысль, что перед смертью кажный человек сокровенным ведением просвещается; стало быть, если б совесть его была чем ни на есть замарана, зачем же бы ему не примириться с ней перед смертью: там ведь не человеческий
суд, а
божий!
— Боярин Дружина! — сказал торжественно Иоанн, вставая с своего места, — ты
божьим судом очистился предо мною. Господь бог, чрез одоление врага твоего, показал твою правду, и я не оставлю тебя моею милостью. Не уезжай из Слободы до моего приказа. Но это, — продолжал мрачно Иоанн, — только половина дела. Еще самый
суд впереди. Привести сюда Вяземского!
— Государь, пусть будет по-твоему! Я стар и хвор, давно не надевал служилой брони; но в
божьем суде не сила берет, а правое дело! Уповаю на помощь господа, что не оставит он меня в правом деле моем, покажет пред твоею милостью и пред всеми людьми неправду врага моего!
Как ни желал Иван Васильевич погубить Морозова, но просьба его была слишком справедлива. Царю не захотелось в
божьем суде прослыть пристрастным.
— Зачем страшно? Человек одного только гнева
Божьего да дня
судного страшиться должен.
Стояла прекрасная погода, при которой даже такие дальние поездки могут считаться прогулками. Только колокольчик под дугой заунывно звучал в унисон с печальными мыслями отданного на
Божий суд убийцы.
— Я говорю вам, слишком поздно. Она ушла от нашего
суда. Над нею совершился
Божий суд… Ваша племянница, княжна Людмила Васильевна Полторацкая, сегодня в ночь покончила с собой самоубийством в припадке безумия.
Вы знаете, как промысел небесный
Царевича от рук убийцы спас;
Он шел казнить злодея своего,
Но
божий суд уж поразил Бориса.
Димитрию Россия покорилась;
Басманов сам с раскаяньем усердным
Свои полки привел ему к присяге.
Димитрий к вам идет с любовью, с миром.
В угоду ли семейству Годуновых
Подымете вы руку на царя
Законного, на внука Мономаха?
Борис, Борис! все пред тобой трепещет,
Никто тебе не смеет и напомнить
О жребии несчастного младенца, —
А между тем отшельник в темной келье
Здесь на тебя донос ужасный пишет:
И не уйдешь ты от
суда мирского,
Как не уйдешь от
божьего суда.
— Что же вера? Все одному Богу молимся, все грешны да
Божьи… И опять не первая Федосья Родионовна по древнему благочестию выдалась: у Мятелевых жена православная по городу взята, у Никоновых ваша же балчуговская… Да мало ли!.. А между прочим, что это мы разговариваем, как на окружном
суде… Маменька, Феня, обряжайте закусочку да чего-нибудь потеплее для родственников. Честь лучше бесчестья завсегда!.. Так ведь, Тарас?
Старик не согласился с этим. Он ещё много говорил о слепоте людей и о том, что не могут они правильно судить друг друга, а только
божий суд справедлив. Илья слушал его внимательно, но всё угрюмее становилось его лицо, и глаза всё темнели…
Оказалось, что вместо статистического конгресса я чуть было не сделался членом опаснейшего тайного общества, имевшего целию ниспровержение общественного порядка, и что только по особенной
божьей милости я явился пред лицом
суда не в качестве главного обвиняемого, а лишь в качестве пособника и попустителя.
Нас было тут пять человек, не лишенных
божьей искры, — и никому даже в голову не пришло спросить, кто этот молодой человек, от кого он прислан, в силу чего призывают нас к ответу, почему, наконец, он не принимает так называемых мер к пресечению способов уклонения от
суда и следствия, а самым патриархальным образом объявляет, что заедет за нами вечером в карете, до тех же пор мы обязываемся его ждать!
Теперь молиться время, Нина:
Ты умереть должна чрез несколько минут —
И тайной для людей останется кончина
Твоя, и нас рассудит только
божий суд.
— Вот то-то оно и есть, Дарья Михайловна, что суд-то людской—не
божий: всегда в нем много ошибок, — отвечал спокойно Долинский. — Совсем я не обезьянка петербургская, а худ ли, хорош ли, да уж такой, каким меня Бог зародил. Вам угодно, чтобы я оправдывался — извольте! Знаете ли вы, Дарья Михайловна, все, о чем я думаю?
День великий наступил. И Мамон и Хабар исполнили свои христианские обязанности, как перед смертным часом, разумеется, каждый с разными чувствами. Образец велел перенести себя в божницу и там усердно, со слезами молясь, ожидал решения
божьего суда.